Рейтинг@Mail.ru
home

10.07.2017

Судебная персонификация

В публикуемых судебных решениях будут сохраняться имена-отчества и иные достаточные для идентификации осужденных и других участников процесса персональные данные. Также гласности решено придавать сведения о спорных суммах, размере штрафов и иную информацию.

10.07.17. АПИ — Действующий уже семь лет специальный федеральный закон предусматривает размещение на сайтах судов почти всех принятых решений и приговоров, но – без персональных данных участников. В отсутствие единой политики открытые и порой даже оглашенные публично судебные акты по существу засекречивались или из них исключались позволяющие оценить содержание решения сведения.

Открыть нельзя закрыть

Конституция России гарантирует гласность правосудия. Исключения составляют лишь процессы, которые в установленном порядке проводятся в закрытом режиме. Во всех иных случаях любой желающий вправе присутствовать в зале, вести аудиозапись, распространять услышанное и так далее.

Принятый в 2008 году федеральный закон (№ 262-ФЗ) ввел почти беспрецедентную для Европы систему открытости – обязательную публикацию большинства судебных актов в сети Интернет. Запрещалось размещать на сайтах судов только приговоры по преступлениям о половой неприкосновенности и по затрагивающим безопасность государства делам, судебные приказы, решения по семейным спорам, об ограничении дееспособности, принудительной госпитализации в психиатрический стационар и внесения изменений в акты гражданского состояния.

В то же время из публикуемых текстов суды обязаны были исключать некие персональные данные, оставляя лишь фамилии и инициалы. Причем в первоначально предложенный Советом судей России список исключений попали даже названия упоминаемых в решениях организаций (в том числе уличенных в обмане клиентов компаний), любые адреса, сведения об имуществе (включая суммы исков, штрафов, размер взысканий и прочие) и так далее. Более того, в ручном режиме сотрудники судов должны были идентифицировать и удалять из текстов сведения, составляющие государственную или иную тайну – коммерческую, врачебную, банковскую, страховую, аудиторскую, связи и прочие (в список было включено два десятка видов).

Ситуация осложнялась отсутствием необходимых для проведения такой работы ресурсов. В результате многие суды стали либо воздерживаться от размещения существенной части решений, либо проводить сплошную деперсонификацию – исключать из публикуемых текстов любые фамилии, адреса и даже упоминания географических объектов (в том числе городов, районов, рек и озер), любые цифры (включая номера статей Уголовного кодекса РФ и иных актов), названия и многое другое.

Совсем иная практика сложилась в арбитражных судах. Еще в 2012 году высшая инстанция указала размещать вынесенные в открытых заседаниях решения в полном объеме.

По секрету всему свету 

Более того, под предлогом защиты прав участников судебных споров на конфиденциальность персональных данных Роскомнадзор запрещал средствам массовой информации републикацию судебных актов с указанием сведений об осужденных. Причем как нарушение тайны личной жизни чиновники расценивали, например, указание VIN находящегося в залоге автомобиля.

Сами служители Фемиды неоднозначно оценивали право журналистов на освещение их деятельности. Например, Санкт-Петербургский городской суд отклонил иск уличенной в коррупции преподавательницы Светланы Квинт: «Сведения, распространенные ответчиком относительно истицы (о совершении ею проступков, свидетельствующих о невыполнении норм трудового кодекса, норм морали), правомерно расценены судом как публичные сведения и не требуют при их распространении согласия истицы. Противоположная позиция привела бы к ограничению права на свободу средства массовой информации», – констатировали служители Фемиды. 

С другой стороны, тот же суд подтвердил законность выданного надзорным органом предписания об удалении полных текстов решений, в который упоминались имена и отчества участников, в том числе рецидивистов. Представители Роскомнадзора сочли публикацию этих сведений злоупотреблением свободой массовой информации и нарушением прав граждан и членов их семей на защиту персональных данных. А журналист газеты «Якутск вечерний» Татьяна Кротова была оштрафована на 300 рублей за публикацию фамилии, имени и адреса осужденного – районный и республиканский суды сочли такие действия незаконными.

Перестройка и гласность 

В прошлом году Совет судей России указал на приоритет права на доступ к информации над частными интересами участников дел. Например, он запретил исключать из публикуемых текстов затрагивающие существо споров сведения, в том числе о прежних судимостях подсудимого, о дорожно-транспортных происшествиях и иных правонарушениях, взыскиваемых суммах и штрафах, адреса организаций, профессии и должности увольняемых работников и многие другие. По мнению служителей Фемиды, удаление этих данных «лишает смысла опубликование судебных решений и их дальнейшее использование в пpавопpименительной практике, они перестанут быть востребованными» (АПИ писало о таких рекомендациях – Судебный компромат).

Новое постановление Президиума Верховного суда России призвано расставить точки над i. В первую очередь определен перечень исключаемых из размещаемых на сайтах решений персональных данных. К ним отнесены дата и место рождения, место жительства или пребывания, номер телефона, паспортные реквизиты, место работы, идентификационный номер налогоплательщика и страховой номер индивидуального лицевого счета (СНИЛС). Также следует «шифровать» информацию об имеющихся у участников судопроизводства заболеваниях, реквизиты банковских счетов, кадастровый номер и сведения о месте нахождения объектов недвижимости, регистрационные данные транспортного средства и «иную информацию об имуществе и о денежных средствах участников судебного процесса, находящихся в банках или иных кредитных организациях». Могут исключаться и фамилии, но только не участвующих в споре лиц (свидетелей, понятых и прочих). «Данный перечень является исчерпывающим», – отмечается в постановлении.

При этом разрешается сохранять в публикуемых текстах полные имена и отчества всех участников. Нельзя удалять наименования и адреса юридических лиц, сведения о спорных и присужденных суммах (размере исковых требований, компенсации морального вреда, государственной пошлине, судебных расходах и штрафных санкциях).

Эксперты в целом положительно оценивают новые правила деперсонификации. Но вместе с тем указывают на противоречия, которые могут привести к новым спорам. Так, судам разрешается исключать места работы, но запрещается – наименования юридических лиц. Хотя большинством работодателей являются как раз организации. Более того, нередко место службы осужденного или иного участника имеет ключевое – общественно значимое решение (в делах о коррупции и других). Например, начальник отдела, входящего в структуру Роскомнадзора, ФГУП «Радиочастотный центр ЦФО» Сергей Большаков, уличенный в опасном правонарушении, потребовал удаления компрометирующего его решения. Сам надзорный орган признал указание на место службы подчиненного персональными данными.

Усложняется и порядок размещения текстов решений арбитражными судами. Они должны публиковаться в полном объеме, только если не содержат сведений, составляющих государственную или иную охраняемую законом тайну. Но такие требования касаются в том числе решений, вынесенных в открытых заседаниях или в так называемом упрощенном порядке (без проведения слушаний). Как служители экономической Фемиды должны будут идентифицировать коммерческую тайну и иные секретные данные, не определено.

Уклонилась высшая инстанция и от разъяснения ряда других спорных вопросов, связанных с приданием судебной информации гласности. Например – какие дела «затрагивают безопасность государства». В настоящее время к ним чаще всего относят предусмотренные главой 29 Уголовного кодекса РФ «преступления против основ конституционного строя и безопасности государства». Хотя помимо шпионажа и государственной измены в нее включены экстремистские деяния, слушания по которым нередко являются общественно значимыми. Тогда как не ограничивается публикация приговоров по воинским и иным действительно затрагивающим национальную безопасность преступлениям.

Справка

В 2016 году российские суды общей юрисдикции вынесли 17 млн решений по гражданским и административным делам, 967 тысяч приговоров и 6,4 млн постановлений по административным правонарушениям. В апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях рассмотрено 1,7 млн дел всех категорий. Опубликовано было только 5,9 млн текстов (23 процента).

Арбитражные суды разрешили 1,6 млн споров.

Мнения

 

Сергей Чижков, исполнительный директор Гильдии судебных репортеров

Ключевая дилемма публикации судебной информации – означает ли транспарентность правосудия одновременно и транспарентность вовлеченных в споры лиц? То есть как соотносится право общества иметь достоверную информацию о выносимых решениях с правом граждан на защиту их персональных данных. 

Каждая страна вырабатывает собственную «национальную» модель решения этого вопроса. Принятый в 2008 году российский закон во многом носит компилятивный характер и не претендует на решение каких-то принципиальных правовых вопросов. В результате о каком-то единстве говорить не приходилось, а из публикуемых судами текстов нередко совершенно бездумно вымарывалась вся содержательная информация.

Новое постановление Президиума Верховного суда РФ впервые устанавливает исчерпывающий перечень того, что может быть исключено из текста публикуемых актов судов общей юрисдикции. Также определено, что арбитражные суды размещают свои решения без купюр. Поэтому можно утверждать, что это долгожданный документ. Будем надеяться, что чехарда и неразбериха при публикации текстов на сайтах, которая наблюдалась все эти годы, уйдет в прошлое. Есть также определенная надежда, что и пишущим на судебные темы журналистам теперь будет проще отражать претензии Роскомнадзора по поводу «распространения персональных данных».

Елена Шахова, председатель правозащитной организации «Гражданский контроль»

Новое постановление закрепляет практику работы, к которой суды пришли, можно сказать, опытным путем. В частности, наконец четко указано, какие относящиеся к участникам процесса данные нужно публиковать, а какие нет. Ранее действующий регламент в этой части был очень длинным и путаным.

Также четко определен порядок назначения ответственных за публикацию решений лиц. Равно как прежде было не известно, кто и каким образом публикует решения мировых судей, – в постановлении этот аспект разъяснен.

В то же время хотелось бы получить подобные правила и для ведения картотеки дел на сайтах судов, сроков размещения информации о предстоящих заседаниях. Такой способ информирования очень часто дает сбои. При рассмотрении общественно значимых дел это вызывает особые подозрения. Например, в Санкт-Петербургском городском суде сейчас рассматриваются апелляционные жалобы по протестам 26 марта, но получить вовремя информацию о времени рассмотрения и зале практически невозможно.